Я никому неведомой тропой

Бежал к забытым капищам Луксора,

Узнать, за что мы брошены судьбой

На колизейных игрищах позора.

Отец пути, седой магициан,

Приученный душой вести сраженье,

Учил меня – весь видимый обман

Незримо мудрой воли отраженье.

И созерцанью преданный старик,

Подвижно-юным сердцем узнавая

В раскатах грома серой смерти лик,

Молился слов от слез не различая.

Я никому неведомой тропой

Увел учеников огня к селенью,

и каждый оросил меня слезой -

"Из века в век твой долг, твой путь земной -

Быть душам света лестницей к спасенью".

Пылали книги храма до зори,

Я выл от жгучей боли заточенья,

Но голос исчезающий в дали

Твердил стихи Великого Прощенья.

Отец пути, седой магициан!

Я не забуду каждый звук завета,

И сотни тысяч ярко-алых ран,

И воздух жизни выпивший туман,

И стыд лица угасшего рассвета