Как шелест первых трав, призывно монотонный

Я небеса любил, что юностью цвели,

И смех и гул грозы, внезапно порожденный

Кипящим стоном волн грохочущих вдали.

Я эхом умирал, словам весны покорный,

Но не умел встречать ночные корабли,

Что правят парус в мир ветрами благовонный

Над пряностью лица очнувшейся земли.

Когда пьянит глаза дыханье гиацинта,

Далекое от сна бессвязной суеты,

Как жаль, что грезишь ты стенами лабиринта,

Роскошных улиц льдом, и мраком пустоты

Лишенного свечи сладчайшей славы крипта, -

Чумным погостом лжи веков нечистоты.

Но в мировом плену, услышь, Полынь Земная,

Не обрести небес утраченного рая.