Ты явилась мне в бархатном платье, как вороны черном,

Легким трауром ночи виденья мои наполняя.

Ощутивший тебя в закатившемся солнце холодном

Я упал на колени, предсмертной тоской изнывая.

В перламутровой заводи глаз притаилось молчанье,

Но так живо твердят о мечтах бледной робостью руки,

За один поцелуй этих губ, что излился в прощанье,

Я готов слушать вечно ужасные, адские звуки.

Укрощенный, как зверь, растворяюсь в дворце увяданья.

Выпиваю тебя до конца, не коснувшись губами.

Перед тем, когда небо уснет, помутнев от сиянья,

Брошу сердце к ногам той, что ночью танцует с волками.